А.А. Цыбин
к.м.н., хирург высшей категории
Здоровье и продолжительность жизни напрямую связаны друг с другом, если из этого исключить трагические случаи. Здоровье и долголетие контролируются природной генетической программой во взаимодействии с внешней средой.
Здесь мы должны отдать дань тем, кто до нас, давным-давно понимал формулу врачевания:
«Лечит болезнь врач, а излечиваег природа»
(Гиппократ)
Качество питания определяется балансом основных ингредиентов с обязательным наличием биологически активных веществ естественного, природного характера. Именно они определяют основное свойство пищи — полностью перевариваться, усваиваться нашим организмом, нормализовать обмен в клетках и тканях и воздействовать на молекулярном уровне. Задача генетической программы — взаимодействие и контроль за жизненно важными обменно-энергетическими процессами и участием в них веществ естественного, природного свойства.
Поэтому оздоровление биологически активными добавками, содержащими такие вещества и применение их в одной из специальных областей должно опираться на принципы, выработанные фундаментальными знаниями медицины. Однако результаты, получаемые при использовании продукции, содержащей биоактивные вещества, свидетельствуют о серьезных отличиях процессов восстановления отдельных параметров здоровья в организме человека. В первую очередь это воздействие на тканевые функции и обмен.
1.Мягкость и постепенность нормализации функциональной активности или недостаточности, которая, тем не менее, зависит от схем приема БАДов.
2.Никогда не воздействует на функциональные и морфологические изменения в очаге через механизм подавления. Даже при опухолевых процессах работает механизм ограничения, локализации, препятствующий распространению.
3.Не отмечается процессов гипертрофии и избыточных репаративных процессов, что важно с точки зрения онкологической настороженности.
4. Нормализация функции в неспецифическом патологическом очаге происходит через механизм усиления в зависимости от схемы приема БАДов.
Человек как живой организм состоит на 80% из воды и только на 20% из твердых веществ, которые составляют структуры наших клеток и тканей. Весь обмен нутриентов должен протекать в чистой воде, которая поступает в наш организм, как основной продукт питания. Из всех веществ тела человека в среднем 80—90% приходится на соединительную ткань, которой присущи уникальные регенераторные функции в организме. Изучение этих функций позволило ученым выдвинуть соединительно-тканную теорию большинства заболеваний. Она позволяет объединить многие теории возникновения различных патологий в организме (проф. В.А Иванченко, д.м.н. Т.Я. Свищева, д.м.н. А.А. Алексеев и др.). Регенераторные функции приобретают ведущее место в механизмах защиты организма от операционной травмы и заживления тканей. Для того чтобы организм мог эффективно противостоять неблагоприятным внешним и внутренним воздействиям, он должен обладать системой защиты. Такая защита заложена в универсальном механизме защиты организма — ВОСПАЛЕНИИ. Это ответная реакция тканей и клеток и в целом гомеостаза на воздействие болезнетворных факторов среды и возникновение неинфекционных заболеваний.
Любое заболевание в организме не наступает сразу (за исключением травмы и инфекционных болезней). Этому предшествуют длительные функциональные нарушения, которые накапливаются в клетках и тканях в результате стрессов и нарушения адаптации организма к неблагоприятным факторам внешней среды. Это может быть и операционная травма. И в первую очередь нарушенное питание. Вначале они присутствуют на субклиническом уровне и только потом приобретают клиническое течение и проявление, в основе которого лежит неспецифическое ВОСПАЛЕНИЕ. Пусковым моментом в начальной фазе воспалительного процесса могут служить самые различные факторы и дистрофические отклонения з тканях и клетках, связанные с недостатком поступления в организм ингредиентов питания. Это ведет к повреждению (альтерации) тканевых элементов, проявляющихся в дистрофических, и более глубоких изменениях — атрофических процессах. Эти исследования проведены еще академиком А.И. Абрикосовым (1949 г.) Патологические нарушения в тканях также могут быть вызваны поступлением токсикантов из внешней среды или продуктами нарушенного внутреннего обмена. Существует несколько моделей их развития (экологическая, генетическая, метаболическая и др.).
Академиком А.А. Новицким выдвинута смешанная модель возникновения патологии в организме, названная им синдромом хронического адаптивного перенапряжения. В основе развития патологии лежит реакция организма на стресс или раздражающий фактор; она протекает на индивидуальном ферментативном, гормональном, обменном и конституциональном фоне. Существующие модели не всегда дают клиническое представление о протекающих изменениях в тканях для построения схемы профилактики, лечения и оздоровительно-восстановительных мероприятий с применением БАДов.
Ответная реакция организма выражается в воспалительном процессе. ВОСПАЛЕНИЕ носит циклический характер, что позволяет представить его в виде концептуального круга патогенеза, который изображен на рисунке.

Безусловно, представленная схема патогенеза не претендует на исчерпывающую информацию о многообразных и одновременно происходящих сдвигах в организме. Каждое звено можно дополнить алгоритмом развития или патогенеза с учетом гормональных, биохимических и др. отклонений. Однако эта схема проста и удобна в клинической практике.
Органы и системы способны к компенсации. Эффективное восстановление наших клеток и тканей происходит тогда, когда они не имеют грубых разрушений, т.е. на стадии функциональных расстройств. Клетки и ткани живого организма имеют уникальную способность к регенераторным процессам, особенно в растущем организме. Если к патологическому процессу не присоединяется инфекционный фактор (вирусный, бактериальный), то он протекает как неспецифическое острое или хроническое ВОСПАЛЕНИЕ. Исходя из схемы патогенеза, хорошо видно на какие звенья необходимо воздействовать оздоровительно-лечебными мероприятиями и какова их перспективность и длительность. Ассортимент компании «Родник Здоровья» позволяет достаточно эффективно производить коррекцию имеющихся расстройств. Как уже отмечалось, необходимо помнить, что продукция тестирует хронический, субклинический и клинический очаг через обострение. Комфортность и переносимость такого обострения зависит от схемы назначения.
Медленно и постепенно происходящие положительные сдвиги в организме включают все системы — почки, легкие, печень, кожу, кишечник в процесс компенсации и регенерации.
Ревматоидный артрит

В быту, как и в жизни, С.С.Зимницкий был очень пунктуальным человеком. Его распорядок дня подробно описывается в воспоминаниях профессора А.Терегулова: «Он вставал рано, не позднее 7 часов. Первым делом посещал своих собак. Затем занимался в кабинете до 9 часов – читал корреспонденции, журналы и писал работы. В 10 часов регулярно уходил в клинику, где работал до трёх часов дня. От 3 до 4 обедал. До 6 вечера принимал амбулаторных больных, после 6 – шёл на прогулку. После неё читал журналы и писал; ложился спать не позже 11 часов, если не было заседания. Каждую субботу, не позднее 4 часов вечера, уезжал на охоту, с которой возвращался утром в понедельник... Он любил природу, где находил отдых и силы для творческой работы. Все сходятся на том, что в частной жизни это был мягкий, добрейший человек, но крайне вспыльчивый. Особенно он был покладист в обращении с простыми людьми, умел и любил с ними говорить. К нему за медицинской помощью обращалось много крестьян».
Избавиться от привычки идти в хвосте
Наиболее ярко и рельефно проявился характер учёного в его научных трудах. Примером  тому служит  статья  С.С. Зимницкого «Введение в функциональную диагностику болезней почек», напечатанная в год смерти учёного в журнале «Клиническая медицина». Помимо личностных черт, которые описывались и ранее, в этой статье ярко высвечивается патриотизм учёного. С.Зимницкий пишет: «В настоящем очерке я высказываю свою личную точку зрения. Я излагаю вопрос так, как я его понимаю и трактую. Быть может, моё  трактование не всеми разделяется, быть может, оно даже некоторыми и не признаётся, но я иду самостоятельной дорогой в этом вопросе, – я знаю, что мы, русские, часто скептически и даже недружелюбно относимся только к своим изысканиям, но зато уж очень преклоняемся перед иноземными достижениями. Критика благосклонно и доброжелательно встретила мою книжку о болезнях почек, но моя методика, простая и несложная, позволяющая вне всяких насилий над больным исследовать функцию почек, немудрая по существу, по-видимому, кажется русским клиницистам хуже заграничной. Что же делать? Я ничего не имею против таких научных тенденций, но жалею принципиально о тех, кто не решается мыслить самостоятельно, по-русски, а силится жить по-иному. Это право каждого. Из-за того, что мы, русские, как никто, следим за мировой литературой, – с этим должен согласиться всякий, – не следует из-за дальних чужеземных перспектив забывать свои близкие достижения и надо чутко ценить, уважать и считаться с ними; только тогда и будет желание работать и творить.  Мы, как показывают хотя бы наши терапевтические съезды, занимаемся по большей части проверкой добытого за границей. Это порождает привычку идти в хвосте у других и не развивает самодеятельности и самостоятельности. Как-то до болезненности хочется, чтобы наша любимая наука выросла и получила бы такую определённую и мощную величину и силу, как русская живопись, музыка и т.д. Говорят – наука и аполитична, и интернациональна. Но, почитав то, что пишут хотя бы по вопросу о почках за границей немцы, французы и т.д., я вижу, что каждый народ живёт своей медицинской идеологией и идёт своей дорогой, часто даже не считаясь с крупными достижениями других наций. Французы не захлёбываются восторгом от учения Фольгарда и Фара (Volhard и Fahr), немцы вовсе не упоминают об учении французов относительно функции почечных единиц, и у каждого наука построена по-своему. Мне горько сознать ту истину, что у нас, наоборот, нет этого единства, и поэтому у нас многое не согласовано, неустроено и неналажено. Нужно иметь много силы воли, чтобы идти своей дорогой и твёрдо стоять на ней, – за это можно прослыть ретроградным, не передовым человеком. Но «le vin est tire, il faut le boire!» («Вино откупорено, надо выпить его!» (фр.)».
Р.Лурия отмечает одну существенную особенность характера С.Зимницкого: «Страстный и убеждённый фанатик проводимых им идей, С.С. был пламенным полемистом, и, может быть, именно эта исключительная темпераментность его, дававшая оригинальную и часто ярко субъективную окраску его докладам и особенно полемическим выступлениям, была одним из существенных препятствий для распространения его блестящих идей и достижений».
И далее с горькой иронией, характеризуя противостояние функционального направления патологоанатомическому базису болезни, замечает: «Охватив самые различные отделы внутренней патологии, С.С. всюду вносил своё оригинальнoe, самобытное, новое. Так с удивительной, чисто юношеской энергией, всегда полный новых мыслей, исканий в науке, жил, творил и пламенно боролся этот мыслитель-клиницист за идею функциональной диагностики и патологии – жил и боролся до тех пор, пока незначительные анатомические изменения сосудов так рано, в один миг, не прервали блестящие функции его мозга».
Характер С.Зимницкого проявился и в последние дни его жизни, когда очевидно было и ему самому угрожающее прогрессирование ишемической болезни сердца, но он поступал против здравого смысла и против медицинских рекомендаций.
Вот описание последних дней жизни Семёна Семёновича, сделанное профессором А.Терегуловым: «10 декабря 1927 г. в зимний, пасмурно-морозный день, едва начало темнеть, по Казани разнёсся слух, что скоропостижно скончался проф. Зимницкий. За четыре дня до смерти он заболел гриппом. Накануне жаловался на сильную боль в левой половине шеи и тоску, ходил по комнате закутанным в шаль.   В субботу продолжал испытывать боль, но, несмотря на это, собирался на охоту: на отговоры не ехать на охоту сказал, что будет чувствовать себя плохо, если останется дома. Как обычно, пошёл в клинику и читал лекцию, но окружающие заметили, что он впервые читает её сидя. Вернулся в обычное время и в ожидании приезда товарища по охоте прилёг и читал газету. По приходе спутника-охотника попросил его подождать, сам же пошёл одеваться. Спустя каких-нибудь 5 минут в комнате, куда вышел Семён Семёнович, что-то тяжёлое рухнуло на пол. Вбежавшие застали профессора на полу без признаков жизни, в луже крови от ушиба губы и носа при падении. На другой день при вскрытии было обнаружено: общий артериосклероз, выраженный атеросклероз сосудов сердца и мозга, тромбоз левой коронарной артерии. Таким образом, надо полагать, что смерть произошла от инфаркта миокарда».
В заключение приводим описание Р.Лурия жизненного пути С. Зимницкого, сделанное на заседании Общества врачей при Казанском университете в январе 1928 г. и посвящённое памяти профессора. В описании охарактеризована непростая судьба учёного, его великолепное творчество и удивительный характер: «В лице профессора С. Зимницкого русская медицина потеряла несомненно одного из крупных терапевтов, учёного клинициста, весьма одарённого, с пытливым, вечно ищущим умом философа-исследователя. Трудно теперь, когда ещё так свежа эта утрата, нарисовать полную и верную картину научных исканий С.С. и дать объективную оценку того, что он внёс в нашу науку, – трудно потому, что новые идеи в медицине часто много теряют для современников именно тогда, когда они особенно ярки, особенно парадоксальны, и признаются научной истиной уже значительно позднее, когда они пройдут через все испытания строгой и нередко пристрастной критики. К несчастью, часто это бывает уже тогда, когда творцы медицинских идей, или пламенные проводники их, не могут услышать всеобщего признания и увидеть торжество той мысли, за которую они боролись, с таким пафосом оберегая её от нападок современников. С.С. Зимницкий оставил богатое литературное наследство – больше 90 научных работ. Он очень любил и медицинскую науку, и особенно научное творчество в ней; он умер с пером в руках, и, когда на полу лежал бездыханный труп учёного, на его письменном столе была последняя, написанная им научная работа, опять с новыми исканиями, методикой, и рядом с ней – множество набросков будущих работ, отражавших напряжённую, кипучую творческую работу мыслителя-клинициста. Семён Семёнович – безусловно яркий, талантливый, одарённый и исключительно оригинальный учёный – перенёс всю тяжесть непонятого в своей среде большого человека, испив до дна горькую чашу работника провинциального университета, которому при всех своих талантах и дарованиях всегда так трудно выйти на большую дорогу и приходится испытывать и преодолевать тысячи мелких препятствий и трений, совершенно незнакомых работникам крупных центров. Но С. Зимницкий, несмотря на эти препятствия, вышел всё же на широкую дорогу признанного всей страной крупного клинициста-терапевта. И звезда его ярким светом будет гореть долго в русской клинике внутренних болезней и озарять в ней новые горизонты медицинской мысли».

Владимир ОСЛОПОВ,
профессор кафедры пропедевтики внутренних болезней им. С.С.Зимницкого Казанского ГМУ.

Юлиана МИШАНИНА,
ординатор кафедры факультетской педиатрии Казанского ГМУ.
https://mgzt.ru/node/21578

существуют ли секретные биорезонансные технологии.

Секретных или скрываемых от общества биорезонансных технологий не существует. Все так называемые приборы и методы биорезонансной терапии (БРТ) и диагностики находятся в открытом доступе, продаются в интернете и используются в коммерческих клиниках. При этом официальная наука и доказательная медицина признают биорезонанс псевдонаукой, а его «секретность» или «инновационность» — лишь маркетинговый ход. В чем суть технологии и почему её называют «секретной»?
Продавцы таких технологий часто утверждают, что это «разработки секретных военных лабораторий», «космическая медицина СССР» или «технологии, которые скрывает Big Pharma (мировая фармацевтика)». Это делается для того, чтобы оправдать высокую стоимость приборов и объяснить, почему этих методов нет в обычных государственных больницах.
На самом деле метод появился в 1977 году в Германии (его создали Франц Морелль и Эрих Раше) и никогда не был секретным.
Научный взгляд на биорезонанс
Крупные контролирующие органы в сфере здравоохранения (например, FDA в США) и академические институты разных стран провели множество клинических исследований и пришли к следующим выводам:
1. Отсутствие физического обоснования: Организм человека действительно излучает слабые электромагнитные поля, однако зафиксировать «частоту отдельной болезни» или «резонанс конкретного паразита» с помощью коммерческих приборов невозможно.2. Нулевая диагностическая точность: Независимые двойные слепые исследования показали, что биорезонансные аппараты выдают случайные результаты. Одному и тому же человеку прибор может показать разные диагнозы с разницей в 10 минут.
В чем опасность?
Сам по себе слабый ток или магнитное поле от бытовых биорезонансных приборов чаще всего безвредны (если нет кардиостимулятора). Однако существует скрытая опасность:
• Финансовые потери: Процедуры и аппараты стоят дорого, а в процессе «диагностики» у человека часто находят несуществующих паразитов и токсины, для избавления от которых навязывают покупку БАДов.
Если вы столкнулись с предложением пройти такое обследование или купить аппарат, рекомендуется проконсультироваться с квалифицированным врачом, практикующим доказательную медицину.
------------------------------------------