как то упоминал про лазер и самоцветы из жж,вот ещё   Биоптрон, это прибор, украденый Швейцарцами у моего Алма-атинского друга, физика волновика Владимира Павловича Глушко. Володины приборы летали в космосе на "Мире" как персональные приборы, выданные  каждому космонавту - личный доктор. Стоимость персонального прибора в девяностые годы составляла 1 дол.США. Но барыги из Швейцарии сейчас продают их по 3000 дол. Правда они уже не такие миниатюрные, но и далеко не стоят таких денег.
Правильное название прибора - Би Оптрон, потому что к "био" он никакого отношения не имеет.
Принцип работы основан в воздействии на объект поляризованным светом (цветом). Поляризация получается путём пропускания обыкновенного света от обыкновенной лампы накаливания через моно кристалл (как правило искусственного происхождения). Свет через искусственный кристалл не даёт такого эффекта, как лучи света пропущенные через самоцвет, а значит и качество прибора подлежит большому сомнению. Но пусть это останется на совести производителя.
http://newpower.at.ua/forum/5-3-13  в принципе пока больше не искал,не надо,сам попробую,посмотрю...

К счастью, Докучаева посещали не только  глазастые  заимствователи, но и талантливые продолжатели. Таковым был и остался   алмаатинец  Владимир  Павлович  Глушко.Познакомился  я  с  Глушко все на том же симпозиуме, организованном В. В. Ленским. Доклад   алмаатинца вызвал  огромный интерес,  ему  аплодировали   коллеги   по нищете,  способные  понять ценность его идей, но совершенно неимущие, чтобы их воплотить. Его слушало  почетное собрание золотых голов и протянутых рук — таковым оно осталось и  после окончание симпозиума. Сомневаюсь, чтобы  кто-то из них  нашел  там  эдакого  дальновидного  толстосума   перестройки,  все сразу  понявшего и  готового вложить деньги.
Теперь в   многоталантливой   упряжке,   которую много лет   волокли   вдвоем, Докучаев   и Глушко, связанные личной приязнью  и   общностью   интересов, в науке  остался   один Глушко. Но есть отчетливая опасность, что не останется никого, а исследователь из Алма-Аты повторит участь 59-летнего Докучаева, но как-нибудь на свой лад. Незадолго до смерти Владилен Иванович в единственной посвященной  ему  публикации в центральной печати  заметил,  что его  электрореактивный  двигатель  способен  развивать  тягу в долю миллиграмма, но он знает одного ученого,  сделавшего двигатель во много раз мощнее.  В. П. Глушко и  есть «тот ученый», построивший  на сегодня  семь  разновидностей   безрасходных  электрореактивных двигателей. С 1970 года во Всесоюзный НИИ   государственной патентной  экспертизы он отправил  больше трех десятков   заявок на  изобретения и две — на открытия.  И так же, как  докучаевские работы, они лежат под спудом. Впрочем, и формальное   признание   у  нас   недорого стоит:   7 авторских свидетельств на изобретения и 70 рационализаторских   предложений,   по существу,  также   мертвы  для  практики. Его первое изобретение —; «униполярный генератор» — появилось, когда он был студентом II курса Казахского  государственного университета,  но его  на  месяц опередили американцы. Патент на это устройство нам пришлось у них покупать.На  свой «амплитудный модулятор»  авторского   свидетельства   он  дожидался  четыре года. Прибор определяет  в  пространстве   электрическое   поле любого  напряжения. Он  очень нужен на каждом предприятии  энергетики, а  ворох  заявок,  скопившихся в   Алма-Атинском филиале Всесоюзного института повышения квалификации   работников  Министерства  энергетики  подтверждает эту нужду, впрочем, тоже никак не удовлетворенную. Его  прибор  компактен, недорог, но  Минэнерго  предпочитает им архаические дозиметры   электрического  поля на   цифровой  технике. Но  если  уже не идет в серию запатентованное устройство, то что делать с «Поиском»,— усовершенствованным Глушко прибором электроиглоанальгезии, авторское  свидетельство  на которое он не может получить вот уже восемь лет. Им обследованы  тысячи пациентов  в Казахстанском НИИ  онкологии и радиологии.  Прибор безопасен, в десятки раз  чувствительнее  выпускаемых аналогов, заменял целую комиссию  врачей-диагностов,  особенно при выездах в отдаленные сельские районы Казахстана. Если диагностирование рака пищевода сейчас стоит, к примеру, около полутораста рублей, то «Поиск» снижает эти затраты на целый порядок. Владимир  Павлович показывал мне перечень  разработок,  которые он  готов внедрять: от  миниатюрного   прибора«Регуляция-У», предназначенного для воздействия на  биологически  активные  точки тела униполярным током (пока аналогов за рубежом нет) до «Толчкомера» — предупреждающего  водителя  или пилота о  неровностях на автодорогах и аэродромах. Он готов заключить договоры на создание системы  объемного телевидения и постройку электрореактивных двигателей  для космической промышленности.  Все это не бумажные авансы, а наработки, сделанные в Алма-Атинском молодежном научно-техническом   клубе «Искатель», который несколько лет возглавляет В. П. Глушко.
Такова  практическая сторона  деятельности Глушко, которой предшествовал  выплеск  бурных теоритизирований   в   Институте   физики   высоких   энергий и в Отделении физико-математических наук Казахской академии наук. Споры   закипели  вокруг  электромагнитных  волн  с продольной  компонентой  и  электрореактивных   двигателей. Не состоявшись  в  свое  время  в Москве, у В. И. Докучаева, они закономерно   разразились   у его   последователя   в Алма-Ате. Помимо   сверхпроницаемости,  считает Глушко,   продольная   волна   обладает   и   сверхскоростью.   Обычному    радиосигналу,  чтобы преодолеть   пространство   нашей   Галактики   потребуется   40 тысяч   световых   лет. Скорости  продольной волны на  несколько  порядков'  выше, и какие   перспективы  она открывает  для астрономии, можно, кажется, и не говорить. Кроме того, излучатель продольных волн, построенный Глушко, обладает  крамольной  способностью (с точки  зрения  нынешней  радиофизики) — ускорять  радиоактивный  распад  солей  изотопов  кобальта, цезия, америцента-241 и  других. Интенсивность  распада  увеличивалась  на 1,8 — 4 процента, но и его можно ускорить,  убежден Глушко.  Для   этого  надо  подобрать   соответствующую   частоту   волн и  мощность излучателя. И,  как  знать,  а не  помогут  ли  человечеству  продольные волны излечить от радиации нашу «чернобыльскую целину»  увеличить  радиационную  безопасность  ядерных  реакторов...
Та же волна работает в его электрореактивных двигателях. Мощность их не велика — доли грамма, но тут главнее принцип, а кпд двигателя можно довести до 30 процентов. В космосе такой тяги будет достаточно для эффективной  работы в  околоземном  пространстве и для перелетов в Галактике.
Но то, что для Докучаева и  Глушко  совершенно  очевидно,  для  Казахской  академии наук невероятно и скандально. Доктор технических наук А. А. Арзуманов на заявку  по  электрореактивному двигателю  ответил дважды,  объясняя  отказы   противоречащими  друг  другу  аргументами. В   первом ответе он пишет: «Катушка и конденсатор либо  притягиваются  друг  к другу  либо  отталкиваются, но в целом система неподвижна... В рассматриваемых  автором  системах  электроэнергия,  получаемая  от  внешнего  источника,  переводится попросту в тепло...» Правда,  доктор  наук  никак  не  объясняет,  почему  катушка и  конденсатор все-таки притягиваются или  отталкиваются. Уже  это  одно  взаимодействие   противоречит всей практической электродинамике! Тогда В. П. Глушко  ознакомил А. А. Арзуманова с  рецензией  Московского физико-технического  института,   где указывалось, что   двигатель, бесспорно,  работоспособен, хотя тяга крайне мала. После этого А. А. Арзуманов  досылает второй отзыв, где «предложенный двигатель может развивать тягу,  но ничтожную».  А вообще, по его мнению,  «эта идея очень проста», а само устройство — всего-навсего ухудшенный вариант фотонного двигателя. Причем  настолько  проста, что ее   рецензирование   можно  провести  «силами  студентов,    прослушавших  кур с электродинамики  или  физики».
Да,  если  это  и  простота, то качества совершенно нового, что и сумели  увидеть  рецензенты из МФТИ: «Предполагаемое изобретение основано на  совершенно новом принципе — создания движителя без рабочего тела. В настоящее  время  об этом ничего неизвестно, и если это  доказано, то здесь большое открытие». К сожалению, осторожный оптимизм московских рецензентов делу не помог.
С такой же  непосредственной  лихостью  «задробили»  в Академии  выводы  другого   эксперимента В. П. Глушко, зарегистрировавшего гравитационные  волны, поиски которых ведут физики во всем мире. Кандидат физико-математических наук А. А. Пантюшян, глубоко убежден, что регистрировать  методом  Глушко  гравитационные  волны нельзя, поскольку их энергия на   16 порядков ниже порога возбуждения  молекул  датчика — раствора органического вещества.  Но в том-то и дело, что замерял   Глушко совсем иной параметр — угол поворота  плоскости поляризации  света, проходящего через датчик. А это две вещи несовместимые, о чем свидетельствует курс школьной физики. Тем не менее приговор был вынесен: «Все сказанное приводит к заключению,  что претензии  В. П. Глушко на открытие  Гравитационных  волн  беспочвенны». Неясно, правда, почему с этим не согласились в далеком Сан-Франциско, откуда еще в 1981 году Глушко  предложили  опубликовать  в  США  материалы его экспериментов.   Исследователь   категорически отказался.
Все, что сделал В. П. Глушко в науке в свои 43 года(1991г.),  он сделал  поверх   основной работы — этого тяжкого креста, который надо нести  ученому, чтобы не уморить  семью голодом.   Вспоминаются о нем слова   самобытного московского физика Н. Е. Заева: «Такой  посуху  науку  потащит».
Но ведь нельзя же, чтобы все время посуху. Судьба В. И. Докучаева  свидетельствует, что так и надорваться недолго.
Ну а в свете заманчиво-калейдоскопических  перемен  нашего  бытия о гласности в нашей науке с уверенностью можно сказать, пока лишь  одно: «...в целом  система  не  подвижна».  Здесь  наш  знакомый   рецензент  был прав.